В Республике Коми пытаются остановить одну из самых масштабных реформ местного самоуправления последних лет. КПРФ подала документы на проведение регионального референдума против ликвидации сельских поселений и перехода к одноуровневой системе управления. Если реформу реализуют полностью, многие решения будут приниматься уже не на уровне сёл и деревень, а в районных центрах и муниципальных округах.

Сторонники реформы говорят об «эффективности» и нехватке кадров, противники – о дальнейшей централизации власти, исчезновении реального местного самоуправления и ещё большем отдалении власти от жителей сёл. Реформа также может ухудшить и без того плачевную демографическую ситуацию в Коми. Для северного региона с огромными расстояниями и редким расселением этот вопрос особенно чувствителен.

---

Мы подробно рассказывали о реформе местного самоуправления почти год назад. Аудиоверсию этой статьи вы можете послушать в нашем канале в Telegram. 

В этом тексте мы разбираемся с тем, почему местное самоуправление жизненно важно для таких регионов, как Республика Коми и зачем федеральная власть хочет его уничтожить, а также делаем небольшой экскурс в историю и смотрим на то, как устроено местное самоуправление в других странах.

Что такое местное самоуправление в России и зачем оно нужно?

Местное самоуправление – это самый «нижний» уровень власти: сельские поселения, небольшие города и районы. Именно оно занимается многими бытовыми и инфраструктурными вопросами: благоустройством, местными дорогами, освещением, коммунальными проблемами, общественными пространствами, местными бюджетами и частью социальной инфраструктуры. К примеру, местные власти организуют школьные автобусные маршруты или работу сельских библиотек.

Система управления разделяет полномочия между теми, кто принимает правила игры, и теми, кто их исполняет. Представительные органы (Советы депутатов) определяют приоритеты. Например, направляют бюджетные средства на летний отдых детей вместо массовых гуляний. Администрация, возглавляемая главой, воплощает эти планы в жизнь: проводит тендеры на питание в детских садах, следит за работой муниципальных рынков и отвечает за чистоту улиц и организацию досуга.

Финансирование муниципалитетов строится на сочетании собственных налоговых поступлений и помощи извне. Часть налогов остается в местной казне, но для реализации крупных проектов, таких как замена парка водонапорных башен, собственных средств почти всегда не хватает. В таких случаях муниципалитеты могут привлекать субсидии из регионального бюджета. Но это делает их зависимыми от программ развития республики и требует детального обоснования каждой траты перед вышестоящими инстанциями.

Как местное самоуправление может влиять на события важные для всей страны?

Пример, который мы приведём, связан с Коми не напрямую, но касается истории противостояния мусорному полигону на станции Шиес, на границе с республикой. С самого начала масштабная стройка столкнулась с проблемой нехватки электроэнергии. Для решения этой проблемы было решено провести линию электропередач от Урдомы до Шиеса. В январе 2019 года кто-то спилил столбы строящейся ЛЭП, и продолжить этот проект не удалось. Это стало возможным, в первую очередь, потому что ЛЭП проводили незаконно, – строители не получили разрешения от МО «Урдомское», депутаты которого выступали против строительства мусорного полигона. 

Проблемы с электроснабжением привели к фактической остановке строительства мусорного полигона уже в конце февраля того же года. Таким образом даже на самом нижнем уровне можно заблокировать решения федеральных властей, если они не устраивают людей на местах. Этот пример, отчасти, отвечает на следующий вопрос.

Зачем федеральная власть хочет уничтожить местное самоуправление?

Новый закон о местном самоуправлении, окончательно принятый в 2025 году, меняет эту систему. Формально речь идёт о переходе к «единой системе публичной власти», но по сути это означает дальнейшую централизацию управления. Вместо двухуровневой системы (сельские поселения и районные или муниципальные власти) во многих регионах останется только один уровень управления. Небольшие поселения и сельсоветы постепенно исчезнут как самостоятельные структуры.

Для федеральных и региональных властей такая система удобнее. Чем меньше самостоятельных муниципалитетов, тем проще контролировать территорию, назначать лояльных руководителей и выстраивать вертикаль власти. Губернаторы получают больше влияния на назначение мэров и глав администраций, а сами местные руководители всё сильнее зависят не от жителей, а от регионального центра.

Авторы реформы объясняют изменения эффективностью управления и экономией ресурсов. Действительно, содержать полноценные администрации в маленьких и умирающих деревнях дорого, особенно в северных регионах вроде Коми, где огромные расстояния и сложная инфраструктура. Государству проще управлять территорией из крупных центров, чем поддерживать множество небольших муниципалитетов.

К каким последствиям это может привести?

Если раньше жители могли хотя бы формально влиять на местную власть через выборы сельских глав и депутатов, то теперь многие решения будут принимать чиновники, назначенные сверху. В маленьких населённых пунктах местная власть фактически превратится в представительство районной администрации без собственного бюджета и серьёзных полномочий.

Особенно остро это может проявиться в Республике Коми. Из-за больших расстояний и труднодоступных территорий связь между жителями деревень и административными центрами станет ещё слабее. Формально закон допускает создание территориальных представительств и удалённых рабочих мест, но это уже не полноценное местное самоуправление, а скорее филиалы районной администрации.

Вместе с административной самостоятельностью исчезнет и возможность быстро решать локальные проблемы. Для удалённых территорий это может означать ухудшение доступа к услугам и ускорение оттока населения.

Реформа воспринимается негативно ещё и потому, что в Коми местное самоуправление имеет глубокие исторические корни.

История самоуправления в Коми

История местного самоуправления в Коми крае заметно отличалась от многих регионов России. В отличие от центральных губерний, здесь почти не было частного крепостного права: большинство местных жителей относились к государственным крестьянам. Это означало, что они напрямую подчинялись государству, платили налоги и несли повинности, но при этом сохраняли больше внутренней самостоятельности. Волостные сходы, выборные старосты и местные общины играли здесь гораздо более важную роль, чем в помещичьих регионах.

Из-за огромных расстояний, сурового климата и слабой связи с центром многие вопросы в Коми крае фактически приходилось решать на месте. Люди привыкли к определённой автономии и довольно остро реагировали на попытки внешнего вмешательства. Это хорошо видно на примере конфликта вокруг строительства Пинего-Мезенской дороги в 1830-х годах.

После реформ Александра II в Российской империи появились земства, но на Севере и в Коми их влияние было ограниченным: регион оставался удалённой окраиной с плохой инфраструктурой и слабой связью с центром.

После революции 1917 года местное самоуправление формально перешло к Советам, но довольно быстро встроилось в жёсткую партийную вертикаль. В советский период Коми активно индустриализировалась, строились города и предприятия, однако реальные решения принимались не на местном уровне, а через партийные и государственные структуры.

После распада СССР Россия попыталась выстроить более самостоятельную систему местного самоуправления по европейскому образцу. В Коми появились сельские поселения, муниципальные районы и выборные местные власти. Но уже с начала 2000-х годов началась новая волна централизации: муниципалитеты всё сильнее зависели от региональных властей и бюджетов, а прямые выборы мэров постепенно сокращались.В последние годы эта тенденция усилилась. Небольшие поселения укрупняются или теряют самостоятельность, а полномочия всё больше концентрируются на уровне региональных и федеральных властей. Для Коми, с её огромными расстояниями и редким расселением, это особенно чувствительно: дистанция между жителями отдалённыхудалённых сёл и теми, кто принимает решения, становится всё больше.

А как у других?

Во многих странах с суровым климатом, большими расстояниями и низкой плотностью населения сильное местное самоуправление стало практической необходимостью. Речь идёт, в первую очередь о Канаде, Швеции, Норвегии и Финляндии. Условия там во многом похожи на север России: огромные территории, труднодоступные районы, редкое расселение и сложная инфраструктура.

В таких условиях централизованное управление работает плохо. Столичные власти физически не могут одинаково эффективно управлять всеми удалёнными территориями, поэтому значительная часть полномочий передаётся на местный уровень. Муниципалитеты получают собственные бюджеты и право самостоятельно решать многие повседневные вопросы.

Это выгодно и центру, и регионам. Государству не нужно вручную управлять каждой деревней или посёлком, а местные власти быстрее реагируют на проблемы и лучше понимают специфику своей территории. Например, северные муниципалитеты лучше знают, как организовать транспорт, медицину или отопление в условиях длинной зимы и больших расстояний.

---

Во многом такая модель могла бы быть естественной и для России, особенно для Севера, Сибири и Дальнего Востока. Страна слишком большая и слишком разная, чтобы всеми локальными вопросами эффективно управляли из Москвы. Но нынешнее правительство страны не стремится к эффективному распределению полномочий, его не волнует ухудшающаяся демографическая обстановка. Федеральные власти во главе с Путиным продолжают строить жёсткую вертикаль власти и усиливать контроль центра над регионами.

Komi Daily продолжит следить за ситуацией.